Вот за что казнили простую служанку, вошедшую в историю как последняя ведьма Европы. ФОТО

В наши дни выражение «охота на ведьм» означает преследование всех инакомыслящих и дискредитацию целых групп населения по абсурдным причинам. Но в древности этот термин обозначал охоту на всех, кого подозревали в колдовстве.

Наибольшего размаха борьба с ведьмами и колдунами в Западной Европе достигла в XV–XVII веках. Особенно яростной она была в Швейцарии. Местные жители обвиняли в колдовстве малознакомых людей, соседей и даже членов своих семей. Неудивительно, что ушлые дельцы под предлогом причастности к колдовству устраняли даже конкурентов.

За означенный период в Швейцарии состоялось около 5 000 судебных заседаний по делам ведьм и колдунов. Примерно 3 500 человек были приговорены к смертной казни. Если принимать во внимание население крошечной страны, то интенсивность охоты на ведьм тут была вдесятеро выше, чем во Франции, и вдвое больше, чем в Германии.

С наступлением эпохи Просвещения охота на ведьм пошла на спад. И сегодня мы расскажем о последней ведьме Европы Анне Гельди, которую оправдали всего несколько лет назад...

Анна родилась в 1734 году в швейцарском Зеннвальде. О ее детстве мало что известно, ведь кому была интересна неприметная девочка из бедной семьи. Как и остальные сверстники из ее окружения, она рано стала трудиться, чтобы хоть как-то прокормить себя. Работала служанкой в семьях обеспеченных швейцарцев.

В юности забеременела от случайного солдата, но ребенок погиб уже на следующий день. Для XVIII века даже в самом сердце Европы ситуация была вполне обычная. Тем более что девушка в силу своего финансового положения не могла позволить себе ни нормального питания, ни должного ухода, ни отдыха...

Но местные власти обвинили Анну Гельди в преднамеренном убийстве малыша. К слову, обвинение не лишено здравого смысла, ведь одинокие девушки в то время зачастую избавлялись от новорожденных, оставляя их на холоде.

Анну приговорили к позорному столбу и шести годам домашнего ареста, что фактически означало голодную смерть, ведь девушка не смога бы заработать на пропитание. В отчаянии Анна бежала в соседний городок Гларус, где снова устроилась служанкой, впоследствии родив от хозяина сына.

Примерно в 46 лет Анна попала в семью уважаемого в городе доктора Якоба Чуди. Оставаясь привлекательной женщиной, она быстро добилась расположения хозяина и стала ночевать в его комнате. Но, вероятно, в отношениях любовников произошел разрыв, и Якоб выставил Анну на улицу.

Обиженная женщина пригрозила Якобу, что расскажет всем об их любовной связи. Для уважаемого доктора это могло стать большим пятном на репутации, и он заявил, что его 8-летняя дочь, за которой ухаживала служанка, начала биться в конвульсиях и изрыгать стальные иголки. Он обвинил Анну в отравлении ребенка и колдовстве.

Уйти от суда на этот раз Анне Гельди не удалось. Ее подвергли излюбленным в то время пыткам — растягиванию на дыбе. Анна созналась во всём. Она признала, что вступила в связь с дьяволом, который являлся к ней в облике огромной черной собаки и подговаривал к убийству дочери хозяина.

Шансов у женщины не было. На суде ее слова против заявлений уважаемого в городе доктора не стоили ничего. Но за отравление, не приведшее к смертельному исходу, в Швейцарии не наказывали смертной казнью. Тем не менее 13 июня 1782 года городской совет Гларуса приговорили Анну Гельди к обезглавливанию. Ее признали виновной именно в колдовстве.

Несмотря на то, что после судебного заседания все протоколы были уничтожены, приговор Анны Гельди вызвал широкое возмущение в самой Швейцарии и за рубежом. Ведь на дворе уже была эпоха Просвещения.

Спустя много лет, в 2007 году, неподалеку от места казни Анны Гельди открыли посвященный ей музей. А уже в 2008 году в Парламенте Швейцарии признали судебную ошибку 226-летней давности и оправдали несчастную женщину.

Больше всего ведьм и колдунов было «обнаружено» и ликвидировано в годы засух, неурожаев и эпидемий. Не зная настоящей причины (да и особо не пытаясь ее найти), люди верили каждому, кто предлагал простое решение проблемы. И если сожжение на костре или обезглавливание других людей обещало конкретному человеку выгоду, он не раздумывая на это соглашался.