Как сын погибшего Алексея Вадатурского пытается спасти «Нибулон»

Как сын погибшего Алексея Вадатурского пытается спасти «Нибулон»

Как сын погибшего Алексея Вадатурского пытается спасти «Нибулон»

Из-за полномасштабного вторжения одна из крупнейших агрокомпаний Украины «Нибулон» не только потеряла значительную часть своих посевных земель, урожая и инфраструктуры. Россияне еще и убили основателя компании – Героя Украины Алексея Вадатурского.

Financial Times побеседовал с наследником Алексея Андреем, который сменил отца на посту гендиректора компании и рассказал, чем компания живет сейчас. Forbes выбрал главное.

Во время визита в Николаев и область нельзя не заметить, что им не хватает былой живости. Пришвартованные баржи и тягачи. Чайки кружат над полуразрушенными зданиями, в которые попали ракеты. Вражеские войска на Кинбурнской косе периодически обстреливают область.

«Многие наши крупные компании были разрушены, и они не возвращаются к работе, поскольку это еще очень рискованно, – рассказал FT глава Николаевской областной государственной администрации Виталий Ким. – Рабочие места – это большая проблема».

Местные компании делают все, чтобы приспособиться к обстоятельствам. Agrofusion, третий крупнейший в Европе производитель томатной пасты, устанавливает мобильные дома для рабочих, потерявших собственные дома. Несмотря на разрушенные теплицы, она возобновила некоторые операции в прошлом месяце, рассказал Ким.

До войны у «Нибулона» был собственный флот из 82 судов, более 76 000 га посевных земель и 6000 сотрудников. Компания также транспортировала зерно 4500 частных фермеров всего за $5 за тонну. Через Николаев проходила треть украинского экспорта зерна.

Война изменила все. «Нибулону», как и другим зерновым компаниям Украины, приходится строить новые логистические пути. Без доступа к Черному морю и из-за ограниченного использования Днепра транспортные расходы превышают $150 за тонну, рассказал Андрей Вадатурский.

После полномасштабного вторжения компания построила терминал в Измаиле на Дунае, через который отправляют около 240 000 т зерна в месяц. Благодаря этому затраты на транспортировку удалось снизить до $125 за тонну. Но даже так рекордный экспорт компании, который в 2021-м достиг 5,6 млн т, в прошлом году упал на две трети – до 1,8 млн.

Мины и неразорвавшиеся снаряды – это еще одна проблема, пишет FT. Николаев почти захватили в марте, когда россияне пытались продвинуться в Одессу, поэтому дороги города перерезаны окопами, а поля усыпаны боеприпасами.

Агрозавод в Снегиревке, почти год находившейся в оккупации, не узнать: ангары с оборудованием и зерновые силосы расстреляны и разбиты, дороги превратились в сплошное месиво из-за обстрелов, село, в котором жили рабочие, почти заброшено.

Жизненно необходима экономическая поддержка

«Нибулон», задолжавший в общей сложности $570 млн 26 западным и украинским кредиторам, прошлой осенью прекратил выплаты международным кредиторам.

«Люди говорят о военной поддержке и о том, как страдают. Но никто не говорит о компаниях, – сетует Вадатурский. – Меня беспокоит то, что бизнес не выживет. А бизнес жизненно необходим каждой стране».

Четверть из 40 млн га украинских пахотных земель нуждаются в разминировании, поэтому очистка от неразорвавшихся снарядов может быть наиболее опасной задачей для таких агрокомпаний, как «Нибулон». Но для Вадатурского самая острая необходимость – это наличность, он называет ее «воздухом», – чтобы протянуть компанию через войну.

Гендиректор «Нибулона» хочет договориться о замораживании долга с отсрочкой выплат, чтобы немного облегчить жизнь компании. Но попытки убедить международных кредиторов согласиться на изменение графика выплат по долгам замерли на месте. Некоторые украинские банки даже начали конфисковывать активы компании.

Чтобы вновь привлечь финансирование, Вадатурский хочет, чтобы западные союзники Украины предоставили гарантии покрытия рисков, связанных с войной. Так вырастут шансы на то, что частные и многосторонние банки развития ссудят деньги украинским компаниям.

Заместитель министра экономики Александр Грибан говорит, что для Украины главным приоритетом является убедить страны «Большой семерки» открыть трастовый фонд для покрытия расходов на рестрахование частным кредиторам. Пока несколько десятков миллионов евро выделили на покрытие рисков, связанных с войной в Украине. Их предоставило Многостороннее агентство по гарантированию инвестиций Всемирного банка.

Если говорить о прямых инвестициях, то IFC, частное кредитное подразделение Всемирного банка, выделило $2 млрд для помощи украинскому бизнесу, но правительство еще не начало компенсировать ущерб бизнесу. Между тем частный капитал опасается инвестировать в бизнес в зоне военных действий, да и коррупция в этом вопросе не помогает.

Те же, кто готов инвестировать, предлагают, по словам Вадатурского, «преступно» низкие цены. «Украинские активы очень дешевы, поэтому, конечно, к ним есть интерес, – говорит он FT. – Вопрос в том, стоит ли сейчас их продавать».

Томаш Фиала, гендиректор и основатель инвестиционного банка и распорядителя активами Dragon Capital, соглашается.

«Фирмы частного капитала и другие иностранные инвесторы точно заинтересованы и используют это время, чтобы собрать фонды, – говорит он. – Хотя люди очень сочувствуют, 95% этих денег не будут инвестированы, пока не закончится война».

Сейчас большие надежды возлагаются на успешное наступление Украины весной, которое приблизит окончание войны, отбросив захватчиков с большей части территорий. Также индустрия надеется на расширение зернового соглашения при поддержке ООН, чтобы оно включало николаевский порт и объекты «Нибулона». Пока в продленное 18 марта соглашение новые порты не добавили.

«Будущее компании очень зависит от «зернового коридора», – говорит Джайлз Меттетал, бывший директор агробизнеса в ЕБРР и член международного консультативного совета «Нибулона». – Она может сама себя финансировать, если достигнет определенного уровня экспорта».

Бремя наследника

Летом 2022 года 74-летний Алексей Вадатурский и его жена Раиса были убиты российской ракетой у себя дома в Николаеве.

«Я помню каждую минуту того дня, – говорит единственный сын Алексея Андрей, которому внезапно пришлось взять на себя контроль над компанией. «Мой отец и мать были убиты 31 июля. Я стал исполнительным директором 4 августа. 5-го я устроил его похороны и должен был убедиться, что у нас достаточно денег, чтобы выплатить работникам зарплату».

Андрею Вадатурскому нужно было не только продолжать поддерживать корпоративное наследие своего известного отца, но и справляться с особенностями военного времени.

40% довоенного штата компании не может работать: многие ушли на фронт, живут на оккупированной территории или переехали. Но Вадатурский говорит, что все равно пытается «платить людям зарплаты, не увольнять их и сохранить команду». Согласно опросу Национального банка Украины, около 80% украинских компаний говорят то же самое.

Он собрал международный консультативный совет и разделил основные функции компании (сельское хозяйство, логистику, торговлю зерном и кораблестроение) на отдельные центры прибыли. Именно такие современные и прозрачные корпоративные практики нужны Украине, чтобы привлечь международные инвестиции и интегрироваться в европейские рынки после войны.

Однако для Вадатурского главным вопросом остаются кредиторы. Он говорит, что с кредитными каникулами и наличными деньгами «Нибулон» сможет профинансировать следующую посевную, независимые фермеры смогут избежать банкротства, удастся вырастить продовольствие, Украине понадобится меньше западной помощи, а потребители по всему миру получат более дешевую еду.

«Без денег ты ничего не можешь сделать, – говорит он. – Теперь это мой главный приоритет».

Добавить комментарий
Комментарии доступны в наших Telegram и instagram.
Новости
Архив
Новости Отовсюду
Архив