Тринадцатилетних школьниц превращают в сексуальных рабынь

В самом сердце Лондона действует отлаженный конвейер: несовершеннолетних девочек-подростков заставляют заниматься проституцией

Столица Великобритании столкнулась с пугающим откровением. Новое расследование BBC обнажило системную катастрофу: в самом сердце мегаполиса действует отлаженный конвейер по уничтожению детских жизней. Речь идет не о случайных преступлениях, а о методичной охоте на девочек-подростков, которых превращают в «живой товар».

Охота на уязвимых

Механика преступления всегда начинается с поиска слабого звена. В зоне риска — дети из неблагополучных семей, те, кто столкнулся с бедностью или насилием дома. Преступники действуют как опытные психологи. Сначала — «бомбардировка любовью»: подарки, внимание, чувство востребованности. Затем — капкан.

«Они хотели только секса. Они заваливали меня подарками, чтобы я чувствовала себя желанной», — вспоминает Рут, одна из немногих, кому удалось вырваться

За подарками следуют алкоголь и наркотики. Как только возникает зависимость или долговая петля, ловушка захлопывается. Подростков используют не только для секса, но и как курьеров для перевозки оружия и наркотиков («грязная работа», на которой несовершеннолетние реже привлекают внимание полиции).

«15 мужчин за ночь»

Свидетельства выживших шокируют своей обыденной жестокостью. 15-летняя Милли описывает свой опыт как бесконечный кошмар:

 «Каждую ночь меня передавали между 10–15 мужчинами. Они давали мне алкоголь и наркотики, а потом я просыпалась в постели с одним из них, а иногда и с тремя»

По словам Милли, преступники — зачастую выходцы из Южной Азии (Пакистана и Индии) — открыто глумились над ней:

«О, ты милая молодая белая девочка»

Детектив-сержант Джон Нокс, работающий в районах Ламбет и Саутварк, подтверждает: внутри бандитской иерархии у женщин нет прав.

    «Девочки в бандах не могут отказаться от секса. Они находятся на самой нижней ступени и должны подчиняться — в том числе и в вопросах секса. Девочка, которая не может сказать „нет“, станет жертвой изнасилования — так мы это видим», — констатирует офицер

Только в его районе официально насчитывается не менее 60 жертв в возрасте от 13 до 15 лет.

Тень Ротерхэма: Этнический вопрос

Вопрос о происхождении преступников остается самым болезненным для британского общества. Параллели с трагедией в Ротерхэме, где годами замалчивалось насилие над сотнями детей из-за страха обвинений в расизме, звучат всё громче. В правительственных отчетах по северу Англии действительно фигурировало «непропорционально большое количество южноазиатских преступников».

В Лондоне ситуация сложнее. Заместитель комиссара Кевин Саутворт настаивает: «Ни одна группа не представлена непропорционально — это характерно для мультикультурного Лондона». Однако адвокат Алан Коллинз бьет в набат: на национальном уровне данные об этнической принадлежности преступников в этой сфере попросту отсутствуют или не предаются огласке, что мешает адекватному анализу проблемы.

«Мужчины из Южной Азии воспользовались моим положением — это происходит в Лондоне, обратите внимание!» — призывает Рут, настаивая на том, что политкорректность не должна стоять выше безопасности детей

От отрицания к мобилизации

Политический климат в Лондоне начал меняться лишь недавно. Еще в 2025 году мэр города Садик Хан решительно заявлял:

«В Лондоне нет банд, занимающихся развращением детей». Однако под давлением неопровержимых доказательств риторика сменилась на прямо противоположную

Сегодня администрация мэра заявляет о полной поддержке расследований:

«Мы должны бороться с любой формой эксплуатации детей!»

Цифры и реальность

Масштаб бедствия только начинает проявляться:

   - 2000 случаев эксплуатации детей регистрируется полицией ежегодно.

 - 1200 расследований признаны делами первоочередной важности и подлежат немедленному пересмотру.

  - 60 жертв (только официально) в возрасте 13–15 лет приходится на один лишь полицейский округ Ламбет/Саутварк.

Британские правоохранители признают: сейчас они видят лишь верхушку айсберга. Основная сложность заключается в том, что жертвы зачастую не считают себя таковыми, считая насилие «ценой» за защиту или доступ к наркотикам. Пока общество и полиция спорят о терминах и статистике, «на нижней ступени» Лондона продолжают исчезать дети.