За что судят Олега Шевчука?

24.06.2015 в 13:08
Владимир Тимошин

Владимир Тимошин

Суд над экс-начальником Николаевского горуправления милиции Олегом Шевчуком вызвал неожиданно большой резонанс в Николаеве. На суд ходят журналисты, о нем пишут в Интернете, показывают сюжеты по теленовостям.

Перед каждым заседанием суда собирается пикет — Шевчука приходят поддержать как его бывшие коллеги по службе, так и ветераны-«афганцы». Такие пикеты — редкий случай и говорят они о многом. Олег Шевчук известен в николаевской милиции как человек предельно честный и порядочный. Его знают и уважают не только в милицейских кругах, он известен многим горожанам. И говорят о нем только хорошее.

Состоялось уже два заседания, и на обоих зал был полон. И вот что интересно: невзирая на то, что в зале суда было зачитано обвинительное заключение, никто так и не понял: в чем же, собственно, обвиняют Олега Шевчука?

С этим вопросом мы обратились к известному николаевскому адвокату Владимиру Тимошину — именно он защищает Олега Шевчука в суде.

 

- Владимир Владимирович, внесите ясность: за что судя Олега Шевчука?

 

- В обвинительном акте указаны статьи 365 и 340 УК Украины. Согласно обвинительному акту, Шевчука обвиняют в «препятствовании мирной демонстрации, которое сопровождалось насилием» и «злоупотреблении властью относительно граждан и их прав, которое тоже сопровождалось насилием». Поэтому первая задача сегодня — определить, в чем заключалось насилие.

 

- О каком эпизоде идет речь?

 

- Речь идет о событиях 22 ноября 2013 года, когда якобы разогнали активистов на площади Ленина ближе к скверу 68-ми десантников...

 

- То место, которое в последствии начали называть николаевским «майданом»?

 

- Да. Обвиняется Шевчук в том, что он физически нанес телесные какие-то повреждения или применил какую-то физическую силу, насилие по отношению к потерпевшим.

 

- Лично он нанес, собственноручно?

 

- Исходя из обвинительного акта - это так.

 

- Какие доказательства приводит следствие?

 

- Никаких. На предварительном заседании мы подавали ходатайство о возвращении обвинительного акта. Потому что исходя из обвинительного акта, который предоставил, прокурор, вообще никаким образом не показано кто, каким образом получил повреждения. Какие именно эти повреждения. И там потерпевшими были совсем другие люди — не те, которые у нас сегодня потерпевшие.

 

- Почему именно Шевчук «стал крайним» в этом деле?

 

- Мое личное мнение : скорее всего, это веяние моды. Я могу только предполагать, что есть такая команда, показать публично что-то связанное с «евромайданом». Не интересно будет доложить в Киев о том, что к ответственности привлекают какого-то там сержанта. А когда начальник управления милиции — это уже громко, это интересно, резонансно. Я вам скажу и как гражданин Украины, и как юрист, что это «дело» не делает чести ни руководству области, ни руководству страны. Вот именно из-за таких вот «шитых белыми нитками» дел и падает авторитет власти.

 

- А сам Шевчук свою вину признает?

 

- Нет. Он свою вину не признает вообще. И на сегодняшний день мы никаких показаний не даем.

 

- Олег Шевчук известен в николаевской милиции как человек очень уважаемый. И несмотря на его боевое прошлое (служил в спецназе, воевал в Афганистане, ранение имеет) — человек он достаточно безобидный и скромный. К нему все очень хорошо относились. Поэтому сейчас вызывает большое удивление, что именно на нем сошлись все стрелки.

 

- Он человек открытый и честный. Может даже слишком. Говорит все прямо, открыто, интервью журналистам дает и рассказывает все то, что даже не в его пользу. Он уверен в своей невиновности и он хочет это доказать, а мы — сторона защиты — пытаемся его убедить, что пока не нужно доказывать. Не в той инстанции он сейчас находится, и не в той ситуации, к сожалению, где человек честный может доказать свою невиновность.

 

 

 

- Владимир Владимирович, в судебном заседании были допрошены уже двое потерпевших, и оба они не внесли никакой ясности в суть дела. Более того, во время допроса оба, мягко говоря, «плавали», путались в показаниях — одним словом, имели «бледный вид».

 

- Давайте со второго потерпевшего — главного редактора одного из изданий... Он же в конце допроса сказал, что вообще не был участником этой акции. Он просто прибегал, фотографировал, убегал в редакцию. Потом опять прибегал.

 

- То есть, работал как журналист? Тогда почему он фигурирует как потерпевший?

 

- Да. В акции не участвовал. Говорит, что стоял на парапете, что-то там сверху снимал. А потерпевший он, по его словам, от всего государства Украины — потому что он видел, как правоохранительная система якобы незаконно препятствует людям в проведении митинга.

 

- А он не говорил, почему за все государство Украина должен отвечать Олег Шевчук?

 

- Он не может этого объяснить. Кроме того он так и не смог ответить на простой вопрос: почему потерпевшим он стал в мае 2015 года, а не в ноября 2013 года? Он тоже этого объяснить не мог. Сказал лишь, что только после этого судебного процесса сделает выводы, доверяет ли государству или не доверяет. Ну вот решил, что государство Украины должен представлять Шевчук. Вот так решил или так подсказали.

 

- Потерпевший кроме морального вреда заявляет о каких-то физических повреждениях?

 

- Нет. Мы ему прямо ставили вопрос. Никаких физических повреждений он не получал.

 

- Сам-то он хотя бы видел Олега Шевчука во время тех событий?

 

- Нет. Он сказал, что видел только на фото своей коллеги.

 

- А второй потерпевший?

 

- Он тоже стал потерпевшим в мае 2015 года. Он не обращался ни в милицию, ни в больницу. Никаких телесных повреждений он не получал. Вообще все потерпевшие либо плохо подготовленные, либо мало что знают о тех событиях, которые там были. В конце концов Соколик рассказал, что там какие-то палатки помяла инспекция по благоустройству. Причем тут тогда работники милиции? И самое главное — ни один из них не объяснил, в чем же он потерпевший.

 

- И много в этом деле таких «потерпевших»?

 

- Есть еще двое. Но из слов уже допрошенных потерпевших становится понятно, что руководством акции — ставить палатки или не ставить палатки — занимались отдельные лица. Как один сказал, что пришел Мериков и Жолобецкий и прогнали Никонова. Ну мы будем ставить вопрос на судебном заседании о вызове Мерикова, Жолобецкого и Янишевской. Эти фамилии называют потерпевшие, поэтому мы вынуждены их вызывать.

 

Я вам скажу так, что хоть и вменяют разгон майдана — но не составлено ни одного протокола, никого не задержали. Идем от обратного... Если бы был разгон и все остальное, то, наверное, милиционеры кого-то задержали бы, на кого-то бы протокол составили.

 

- Насколько я помню, вечером 22 ноября на месте описываемых событий был Дмитрий Никонов, который в то время исполнял обязанности начальника инспекции по благоустройству Николаевского горсовета. Какова роль Никонова во всем этом деле?

 

- Никакой. По делу Никонов не проходит. О нем вспоминают, что он пришел, пытался составить протокол - и не более. Он вообще не проходит по делу.

 

- Следствие не попыталось установить, кто был с Никоновым?

 

- А следствию, наверное, не надо это. Для чего это им надо? Чтобы они дали показания, что палатки ломал Никонов или его люди? А какая тогда роль Шевчука? Здесь же цель не Никонова наказать.

 

- Ваша оценка досудебного следствия?

 

- Какая тут может быть оценка? 25 мая предъявляют подозрение, 26 предъявляют новое подозрение, потому что в предыдущем были ошибки, а 3 июня начинается суд. То есть времени для защиты было меньше недели. Я не знаю, может там сроки какие-то установлены у губернатора или прокурора. Это больше напоминало какую-то гонку: срочно, во что бы то ни стало передать дело в суд.

 

- Вы в прошлом сотрудник милиции, у вас много знакомых как среди отставных, так и среди действующих сотрудников милиции. Как они реагируют на суд, на «дело Шевчука»?

 

- Крайне негативно. Даже действующие сотрудники милиции, которых привлекают для обеспечения порядка под Центральным районным судом, они крайне негативно относятся к попытке осудить Шевчука. Они прямо говорят: «Мы держим за него кулаки».

 

- Следствие пыталось установить личность руководителя, который отдал приказ сотрудникам милиции действовать?

 

- В обвинительном акте написали, что такой приказ отдавал Шевчук.

 

- Ему вменяется в вину отдача такого приказа?

 

- По тексту обвинительного заключения указывается, что он отдал приказ построиться и снести палатки. Это по тексту, а по квалификации — он лично это сделал, лично снес палатки.

 

- Вы уверены в невиновности своего подзащитного?

 

- Абсолютно. Это тот самый случай, когда я полностью уверен. Все это дело сшито «белыми нитками». Надеемся, конечно, что и судебная система, и суд будут руководствоваться исключительно законом. Хотя когда избирали меру пресечения, я тогда говорил суду, что первый раз в жизни прошу поступать не по закону: поступайте так, как считаете нужным, с учетом вашей собственной безопасности - чтобы завтра уже вам «подозрение» не вручили.

 

Надеюсь, что в нашем случае все будет по закону — мы постараемся «разбить» все доказательства, которые были представлены прокурором.

Подписывайтесь на наши статьи в Google News
Комментарии (8)
Показать комментарии
Добавить комментарий
Отправить
Новости
Архив
Новости Отовсюду
Архив