Что бостонские теракты меняют для Путина?

Чеченские корни предполагаемых организаторов теракта в Бостоне - в определенном смысле благоприятное обстоятельство для Владимира Путина, оправдывающее войну с чеченскими сепаратистами, отмечает обозреватель Slate.fr Даниэль Верне. Путин всегда говорил о террористической угрозе в Чечне, отказывался видеть в чеченских боевиках борцов за независимость и считал их авангардом исламского фундаментализма, поддерживаемого "Аль-Каидой" и финансируемого иностранными державами. И бостонский теракт в его глазах лишь подтвердит правильность подобных аргументов.

Кроме того, продолжает Верне, российский президент использует теракт как аргумент в пользу помощи Башару Асаду: "Несомненно, на карту в этом конфликте поставлены экономические и стратегические интересы, но больше всего Путин боится победы суннитского ислама и появления очага джихадизма на южных рубежах Российской Федерации", - подчеркивает автор статьи.

С другой стороны, трагедия в Бостоне является предупреждением для Кремля. "Даже если предположить, что она никак не связана с происхождением двух предполагаемых исполнителей, она привлекает внимание международного сообщества к все еще бурлящему региону как раз тогда, когда российские власти предпочли бы этого избежать. Они возлагают большие надежды на то, что зимние Олимпийские игры 2014 года в Сочи покажут, что спустя почти 20 лет после начала "первой чеченской" войны Кавказ вновь стал безопасным регионом, пишет издание.

"Однако это далеко не так, - утверждает автор статьи. - Северный Кавказ всегда был больным местом для царской России и остается головоломкой для сегодняшних российских лидеров". Формально Чечню "замирили", но беспорядки перекинулись на соседние республики, где регулярно происходят столкновения между правоохранительными органами и мафиозными группировками, а также группами повстанцев, не признающих законность российской власти. "Попытки Кремля положить конец нестабильности потерпели крах", - констатирует Верне. Отдельные усилия реформаторского толка закончились неудачей, а репрессии только усугубили обстановку: получив карт-бланш, органы безопасности стали криминализироваться и ускользать из-под контроля федерального правительства; пытки и внесудебные расправы породили новый виток насилия в регионе.

Владимир Путин предпочел бы, чтобы все забыли об этой реальности, но бостонский теракт вновь обнажил ее, подытоживает автор.

Инопресса