В Николаеве на Ингульском спуске пропала икона
В Николаеве исчезла Икона Божьей Матери, установленная в нише стены на Ингульском спуске.
О случившемся горожанка Светлана Гусарова сообщила в группе «Contact Center при Миколаївській міській раді».
«Было и стало! Сегодня просто шок: нет Иконы Божьей Матери на Ингульском Спуске… Выломали…», – написала она.
В свою очередь в управлении по культуре и охране культурного наследия Николаевского городского совекта проинформировали, что «икона установлена неизвестным лицом и частью памятки не является».
«Сведений о личности, установившей эту Икону, в управлении нет», – добавили они.
Во времена советского союза многих интересовало предназначение ниши в стене. Тайну тогда открыли горожане, которые помнили еще царские времена, сообщает николаевский краевед Валерий Чернявский на своем канале в «Ютюб».
Старожилы рассказали, что рабочие, которые трудились на северном берегу реки Ингул, испытывали стресс из-за ежедневного пересечения моста. Чтоб пресечь переживания трудящихся, руководство адмиралтейства оборудовало нишу, в которую установили икону с образом Божьей Матери. Теперь каждый желающий мог перекреститься, получить благословение.
После 1917-х годов икону убрали, ниша пустовала до начала 90-х. Тогда традицию восстановили неравнодушные николаевцы.
Ранее в Очакове на свалке нашли древнюю икону Святого Николая.
Племянник российского депутата попал в плен в Украине: что рассказал военный армии РФ из Перми (видео)
На мосту в Николаеве фура сбила велосипедиста: пострадавшего увезла «скорая», огромная пробка
В Николаеве строители выбрасывают кирпичи из окна третьего этажа просто на улицу (видео)
Президент Литвы неожиданно заговорил по-украински
В Николаевском театре рассказали о предстоящей премьере спектакля «Гетман и король»
В Киеве задержали "вора в законе"
Орион запустил рейс из Николаева в Черновцы: сегодня отправился первый автобус
На монументе «Родина-мать» в Киеве запустили арт-инсталляцию (видео)
НАБУ опубликовало запись участников коррупционного дела: на видео звучит фраза о «четырех мешках»