Как украинские солдаты вынуждены бороться с невидимым врагом

«Я вел две войны одновременно»

Война в Украине, длящаяся уже пятый год, ведется не только на полях сражений, но и в глубинах человеческой психики. Новый репортаж The Guardian проливает свет на одну из самых болезненных и табуированных тем — проблему наркотической зависимости среди военнослужащих. Это история о людях, которые, защищая страну, оказались в ловушке зависимости, и о тех, кто помогает им найти путь назад.

Тень зависимости в окопах

Масштаб проблемы трудно оценить количественно. Официальный Киев не раскрывает статистику психических расстройств, а тем более — случаев наркомании в рядах ВСУ. Однако эксперты и сами военные признают: проблема существует и она глубока. Олег Олишевский, руководитель специализированной клиники реабилитации при Киевской городской больнице №10, отмечает:

«Употребление наркотиков в войсках — это серая зона. Все знают, что это есть, но мало кто хочет об этом говорить. Я не думаю, что мы когда-нибудь узнаем реальные цифры. Никто не ведет учет»

Исследование благотворительной организации «100% Жизни», проведенное в 2024 году среди тысячи солдат, показало тревожные результаты: более трети опрошенных употребляли амфетамины хотя бы раз в месяц, а каждый пятый сообщил об использовании рецептурных препаратов, таких как прегабалин.

«Я вел две войны одновременно»

История офицера Александра — типичный пример того, как война ломает даже тех, кто уже однажды победил зависимость. Александр был «в завязке» семь лет, пока ранение плеча и последовавшее за ним назначение обезболивающих не спровоцировали рецидив. Под давлением фронтового стресса он быстро перешел на более тяжелые нелегальные опиоиды.

«С того момента я вел две войны: одну внутри себя, а другую — с Россией», — вспоминает он

Александр продолжал служить еще два года, скрывая свою болезнь от сослуживцев. Страх и стыд — главные спутники зависимости на фронте.

«Я скрывал это от других. Это то, чего ты стыдишься», — признается офицер

Только достигнув точки невозврата прошлым летом, он нашел в себе силы открыться командирам, которые, к счастью, проявили понимание и отправили его на реабилитацию.

Психология «отключения»

Вопреки распространенным мифам, большинство солдат обращаются к веществам не во время выполнения боевых задач — там адреналин и инстинкт самосохранения держат в тонусе. Настоящая опасность подстерегает в моменты ротации и отдыха.

Солдат Дмитрий, проходящий лечение от зависимости от синтетических стимуляторов, объясняет это так:

«Я никогда не употреблял на задании — тебя быстро убьют. Ты и так на адреналине. Но когда ты возвращаешься [с передовой], ты просто хочешь отключиться. Забыть все, что видел — всю эту смерть и прочее дерьмо»

Травма войны, нелеченый посттравматический синдром (ПТСР) и доступность наркотиков через мессенджеры и почтовые сервисы создают «идеальный шторм». Один из солдат описывал состояние паранойи, когда в тыловом Краматорске он привязывал гранаты к дверям своей комнаты, будучи убежденным, что за ним пришли российские диверсанты — так накладывался боевой опыт на действие синтетических солей.

Барьеры на пути к спасению

Несмотря на остроту вопроса, в украинском обществе и армии все еще сильна стигматизация. Система часто выбирает путь дисциплинарных взысканий вместо медицинской помощи. Однако лед постепенно трогается – на проблему все чаще обращают внимание. Командиры среднего звена все чаще предпочитают отправлять подчиненных на лечение, а не под трибунал. Такие учреждения, как «Лесная поляна» под Киевом, предлагают комплексный подход: от психотерапии до йоги и стрельбы из лука.

Война после войны

Главный вызов, по мнению специалистов, впереди. Если сейчас зависимость удается сдерживать рамками службы, то после массовой демобилизации страна может столкнуться с кризисом общественного здравоохранения.

Олег Олишевский предупреждает:

«Масштаб этой войны беспрецедентен для современной истории. И она еще не закончилась; худшее впереди, когда солдаты вернутся домой»

Для многих, как для Антона — другого пациента клиники, пережившего сердечный приступ из-за передозировки, реабилитация — это шанс на новую жизнь.

«Эта клиника дала мне еще один шанс. Я хочу что-то отдать взамен», — говорит он

Солдат мечтает восстановиться и вернуться в строй, но уже чистым.