В четверг, 9 апреля, в Центральном районном суде Николаева рассмотрели заявление прокурора об отводе судьи Владимира Алейникова по делу экс-руководительницы областного центра медико-социальной экспертизы Веры Беляковой.
Об этом сообщает корреспондент "Новостей-N".
На заседание, которое состоялось под председательством Сергея Медюка, сама обвиняемая и ее защитник не явились. Причину отсутствия суду не сообщили.
Прокурор Специализированной прокуратуры Южного региона Михаил Лайс зачитал соответствующее заявление и добавил, что после поступления сделки на рассмотрение судье Алейникову суд фактически приступил к нему.
В то же время, председательствующий, по его словам, постановил зачитать обвинительный акт, который не был объявлен в начале судебного процесса. Несмотря на возражение стороны обвинения с предложением перейти непосредственно к рассмотрению сделки по существу, судья ограничился лишь оглашением обвинительного акта.
После этого, как отмечает прокурор, суд без определения четкого порядка рассмотрения перешел к допросу обвиняемой, а затем - к исследованию письменных доказательств. При этом, по словам Лайса, во время заседания судья заявил, что вопрос добровольности заключения соглашения ему неинтересен.
Тем не менее, по результатам заседания суд вынес постановление, которое, по мнению Лайса, противоречит предыдущим заявлениям председательствующего во время рассмотрения дела.
"По итогам судебного заседания вынес постановление, которое я считаю также незаконным и необоснованным, в частности о том, что после выхода из совещательной комнаты ему необходимо убедиться в добровольности, опять же, заключенной сделки, хотя до этого сам отметил, что это ему неинтересно", - рассказал прокурор.
Сам Алейников подал письменное объяснение, в котором указал факт подачи указанного заявления "общественно опасным в такой степени, что не позволяет оставить его без ответа" и абсурдным.
В частности, судья подчеркнул, что предвзятость, о которой заявил прокурор, по толкованию Европейского суда предполагает благосклонность к одной из сторон, а в случае заключения сделки, когда интересы обеих сторон совпадают - это "противоречит здравому смыслу".
"Личные ценности, которых придерживается судья, его/ее мировоззрение или представления о законе не могут считаться предвзятостью, тот факт, что судья имеет общее мнение по правовому или социальному вопросу, который непосредственно касается дела, не лишает его/ее права рассматривать дело", - говорится в объяснении Алейникова.
Кроме того, Алейников акцентировал внимание на том, что заявление изложено на семи листах, хотя лишь два из них действительно касаются обстоятельств данного уголовного производства.
Он также заявил, что утверждение Лайса, якобы суд незамедлительно не остановил проведение процессуальных действий и не перешел к рассмотрению соглашения, а по собственной инициативе фактически объявил о начале судебного разбирательства - не соответствует действительности.
Отдельно в пояснении судьи говорилось о том, что сторона обвинения не предоставила суду документы об основаниях проведения проверки, поскольку, по словам прокурора, ему было крайне трудно пролистывать семь томов дела, чтобы отыскать нужные бумаги.
Также Алейников указал, что во время судебного разбирательства Михаил Лайс не приложил к материалам дела оригинал постановления следователя, вместо этого он предоставил копию, которая, как выяснилось при принятии решения в совещательной комнате, содержала только одну из сторон листов, хотя оригинал был распечатан на обеих.
Судья подчеркнул, что именно прокурор откровенно отказывается предоставлять сведения, способные подтвердить обстоятельства, подлежащие установлению при решении вопросов об утверждении сделки, а значит, - именно прокурор в этом уголовном производстве препятствует объективному рассмотрению дела.
“Прокурор говорит о том, будто заданные мной обвиняемой вопросы являются провокационными, но, во-первых, заданный вопрос о важности Прокофьева (пациент, которому Вера Белякова установила недостоверный статус инвалида 3-й группы, - ред.) для армии прямо вытекает из статьи обвинения. Так, согласно ей, обвиняемая пыталась не помочь Прокофьеву в уклонении от мобилизации, а именно помешать деятельности ВСУ”, - сказал судья.
Таким образом, как объяснил Алейников, он хотел определить важность ее действий и их способность социально помешать деятельности Вооружённых сил.
Судья подчеркнул, что прокурор во время заседания имел возможность высказать возражения против действий председательствующего, но не воспользовался ею.
"Имел прокурор также возможность задать более конкретные вопросы и таким образом доказать, что обвиняемая верно понимает суть обвинения, но таким правом он, опять же, не воспользовался. Прокурор, при наличии оснований, был обязан сразу подать ходатайство и воспользоваться правом на отвод, но этим правом он также не воспользовался. Это свидетельствует, что эти утверждения прокурора являются надуманными и ничем иным, как попыткой помешать объективному рассмотрению дела”, - отметил он.
Алейников подчеркнул, что с момента согласования сделки до момента подачи заявления об отводе прошло всего 11 дней, а подача указанного заявления прокурором привела к увеличению срока рассмотрения сделки почти на месяц.
"Совершенные прокурором действия, которые по своему содержанию являются абсурдными, по моему убеждению, не могут не создать впечатление борьбы за удобный состав суда, вместо борьбы с несправедливостью. Определение судьи в свою пользу в такой борьбе откровенно противоречит как требованиям статьи 35 УПК Украины, так и определенным в статье 2 этого Кодекса задачам уголовного производства. Это приобретает особую актуальность ввиду значительного общественного интереса к этому делу, который проявляется в том, чтобы, с одной стороны, не допустить нарушения прав лиц с инвалидностью, а с другой - препятствовать использованию инвалидности с целью уклонения от мобилизации”, - подчеркнул судья в объяснении.
В результате заседания суд удалился в совещательную комнату для принятия решения.
Напомним, как ранее сообщали "Новости-N", в Николаеве экс-руководительница МСЭК назвала себя в суде "чудной девчонкой" и признала вину. Вскоре прокуратура заявила об отводе судьи на основе его предвзятости.