Киев, Подол. В предрассветные часы, когда исторические улицы еще погружены в холодную темноту, из окон пекарни-бистро «Спельта» струится свет. На присыпанной мукой столешнице пекарь Александр Куценко быстро и умело формирует будущие буханки. Но стоит ему отправить первую партию в печь, как здание погружается во мрак — очередное отключение электричества. Александр выходит на мороз, запускает мощный дизель-генератор, и работа продолжается. Этот цикл повторяется десятки раз.
О проблемах украинского малого бизнеса в условиях блэкаута пишет британское издание Daily Mai
Выживание на дизеле
Для основателей «Спельты» энергокризис стал главной статьей расходов и главной тревогой. Соучредитель и главный пекарь Ольга Гринчук прямо говорит о новой реальности:
«Сейчас невозможно представить, как нам вести бизнес без генератора. Мы работаем от генератора от 10 до 12 часов ежедневно. У нас нет фиксированного графика отключений, приходится адаптироваться и одновременно заправлять его по мере необходимости»
Такая «автономия» обходится дорого: час работы дизеля стоит минимум 700 гривен. Ольга признается, что их коллектив, открывшийся в 2022 году, через 10 месяцев после начала войны, уже не помнит, что значит работать в «нормальных условиях». Но с такими трудностями, как в последние месяцы, они сталкиваеются впервые.
Отрасль на грани
Ситуация в «Спельте» — не исключение, а системный кризис. Ольга Насонова, руководитель аналитического центра «Рестораны Украины», дает неутешительную оценку:
«Отрасль переживает самый сложный период за последние 20 лет. Хотя предприятия готовились к отключениям электроэнергии, никто не ожидал настолько холодной зимы»
Тяжелее всего приходится малым форматам. Сеть кофеен Best Way to Cup едва не закрылась навсегда. Ее основательница Яна Билым вспоминает, как в августе прошлого года снаряд разорвал окна и двери заведения. Ремонт на 150 тысяч гривен пришлось делать в кредит, который погасили только сейчас. Но в январе начались новые испытания: обстрелы ТЭЦ привели к отключению воды и канализации.
«Мы были вынуждены закрыться. Надеемся, что это временно. К сожалению, в декабре и январе предприятия работают в убыток», — делится Яна
Несмотря на страх за оборудование, которое может не выдержать морозов, она мечтает о возобновлении работы. У этой мечты есть личный мотив: муж Яны ушел добровольцем на фронт, и она хочет, «чтобы ему было где работать, когда супруг вернется к мирной жизни».
От высокой моды до дровяных котлов
Кризис затронул и промышленный сектор. Татьяна Абрамова, основательница бренда Rito Group, в бизнесе с 1991 года. Сегодня ее модный дом экспортирует трикотаж в США, но производство в Украине требует экстремальных мер: покупки 35-киловаттного генератора за 500 тысяч гривен и установки дровяного котла.
«На работе у нас есть отопление, вода, свет, и мы есть друг у друга», — говорит Татьяна
Однако за эту стабильность приходится платить рентабельностью, которая упала на 50%. Работа от генераторов дороже сетевой энергии на 15–20%, а количество покупателей сократилось на 40% из-за миграции населения.
«Это влияет как на объем, так и на эффективность нашей работы. Мы просто не можем работать так же интенсивно, как раньше. Сейчас для нас главная цель — не быть максимально эффективными, а выжить», — подытожила Абрамова
За два месяца ее компания потратила более 100 тысяч гривен только на топливо, но кутюрье отказывается перекладывать эти тяготы на плечи покупателей.
Экономический прогноз
Бизнес сегодня — это «спасательный круг» для замерзающих городов. Государство разрешило заведениям работать в комендантский час, чтобы люди могли зарядить гаджеты и просто погреться.
Тем не менее, макроэкономические риски остаются острыми. Согласно анализу Киевской школы экономики (KSE) на первый квартал 2026 года, сбои в энергосистеме — главная угроза для ВВП. Если адаптация пройдет успешно, потери составят 1–2%, но существует риск, что этот показатель будет втрое выше. Пока же украинский бизнес продолжает работать на износ, заправляя генераторы и сохраняя рабочие места вопреки любым прогнозам.